75 лет Победы

Поздравление вокальной студии «Дебют»

Поздравление ветеранов Советом музея

Стихи о войне

Орехова Олеся (105 гр.). Баллада о маленьком человеке

Ментюкова Кристина (219 гр.). Блокадный мишка

Черемхин Дмитрий (115 гр.). Перед атакой

Ментюкова Кристина (219 гр.). Ленинградская Победа

Виль Ксения (219 гр.). Зинка 

Иванов Юрий (113 гр.), Баллада о красках

Поздравление с Днём Победы от Быстровой Анастасии (107 гр)

Поздравление ветеранов с Днём Победы от 113 уч. группы

Поздравление от танцевальной студии «Стрела»

(руководитель — студентка 2 курса Кадочникова Анастасия)


 Галерея памяти

View Fullscreen

Фронтовые письма из фонда музея СПбТК

В музее нашего колледжа «Боевой путь 19-го Краснознаменного Перекопского танкового корпуса» хранятся несколько фронтовых писем и копий фронтовых писем, оригиналы которых, возможно, хранились когда-то в семьях фронтовиков или школьных музеях. Только уголков боевой славы 19-го танкового корпуса по всему Советскому Союзу было создано около 50-ти! Но сохранились ли они до наших дней?

К 75-летию Победы в Великой Отечественной войне мы предлагаем вам ознакомится с фрагментами фронтовых писем, оригиналы и копии которых хранятся в фондах нашего музея. Тексты писем к публикации подготовлен студентами Совета музея СПбТК под руководством заведующей музеем И. О. Чуриной.

 

Письмо первое.

Из окрестностей Севастополя.

Три листа, исписанные мелким «бисерным» почерком, сохранившиеся в виде фотокопии. Письмо начато 20 апреля 1944 г. и завершено 26 апреля 1944 года. Написал его боец 202-й танковой бригады командира М. Г. Фещенко по имени Анатолий, фамилия его по музейным документам не определяется.

Фронтовые письма нередко удивляют оптимизмом, верой в победу, передают необыкновенное упорство и силу духа бойцов. До победы еще больше года, накануне 14 апреля в селе Ашага-Джамин румыны растерзали 9 разведчиков, среди которых были бойцы корпуса, еще впереди страшные сражения под Севастополем – через 2 недели с небольшим танки 19-го корпуса примут участие в штурме Сапун-горы…

Но вчитайтесь в строки этого солнечного крымского письма 1944 года и вы поймете, может быть, что стояло за победой наших соотечественников в той войне.

Приводим отрывки из текста письма.

«20.04. 44 г. Окрестность Севастополя.

Здравствуйте, мои дорогие!

Во первых строках моего Крымского письма спешу сообщить вам, что жив, здоров и загораю. Загораю под настоящим крымским солнцем, на настоящем крымском курорте. Нахожусь в нескольких километрах от Севастополя…

Мои дорогие родители, сестра и все ленинградские родственники! Стоит задержаться немного, чтобы почитать мои описания освобождения Крыма…

Самое тяжелое было прорвать оборону у Сиваша, но мы в этом участия не принимали. Из всех танковых частей, которые участвовали в Крымской операции, была выбрана наша и из нас создали особо подвижный отряд… отряд полковника Фещенко… предназначили специально для овладения гор. Джанкой. Эту задачу, как вам известно, мы блестяще выполнили. Но не буду забегать вперед.

11-го апреля, после того, как оборона противника на Сиваш была повсеместно прорвана и сопротивление сломлено, мы вошли в прорыв…

Вот появилась первая деревня, которую немец оставил два часа тому назад. Высыпавшее на улицу население встречает нас…. Впрочем, трудно передать такую волнующую встречу. Молоко, хлеб, масло, сало, самогон в руках женщин. Мужчины насильно тащат в дом и угощают. Но нам некогда гостить. Тогда в карман пихают пирожки и бутерброды. В дорогу! И столько радости в глазах мужчин и женщин, стариков и детей, что хотелось скорей дойти до Черного моря, чтобы увидеть эту радость в глазах всего населения Крыма. Мелькают одна за другой деревни с ликующими жителями — еще пару часов тому назад они боялись показаться на улицу. Теперь это в прошлом. Немец убежал отсюда час — полтора и из некоторых домов извлекаются забытые и забитые фрицы (иногда с радиостанциями)…

Наконец впереди появился Джанкой! Немец отстреливается. По железной дороге катит эшелон, за ним бронепоезд. Наши саперы вылетают вперед… и облако пара и дыма стоит над тем местом, где раньше стоял немецкий бронепоезд. Через несколько минут обстрелян и остановлен эшелон. Но это не должно занимать нас – наша цель Джанкой. Разворачиваются танки немца. Происходит двухчасовой бой и в 16.00 Джанкой наш…

В это время показалось две колонии на расстоянии в км. от нас – справа и слева. На разведку правой колонии поехал я. На мотоцикле я, мотоциклист и пулемет. Все наготове. Подъезжая к деревне замедляю ход — возможна неприятна встреча, а возможна и пуля в спину. Подбегают жители. Я и мотоциклист первые «красные», появившиеся в этой деревне. Жители смотрят на нас, как на приведения, и не верят своим глазам. Немцев в деревне уже нет. Едем дальше…

14 апреля мы взяли Симферополь и взяли курс на Севастополь. Опять, не прерывая движения, по пятам дрянного немца, пока в 6 километрах от Севастополя не были задержаны плотным артогнем противника. Попытались в другом месте — тоже самое. Письмо это я заканчиваю 26-го, т.к. времени очень мало — пишу отчет о действиях нашего отряда, а бой за Севастополь разрастается. Немец хочет увести из Севастополя последний ночной горшок, потому что баржи и пароходы наполняют Севастопольскую бухту.

Я думаю, что это письмо не пройдет и половины пути, как Севастополь будет наш и тогда в Крым можно будет ездить без пушек…

Послали на меня наградной лист на орден «Отечественной войны II степени». Не знаю, получу ли? А вот бандероли папкины с журналами, книжками и стихами я получил. Очень, очень рад, тем более, что тематика ленинградская. Трофеи негде было возить, поэтому кроме хорошего перочинного ножичка и кое-каких мелочей ничего не имею. Но трофеи ерунда, была бы цела голова. Возможно, вы со мной согласны?! 

В надежде на отпуск и свидание с вами, остаюсь ваш Толя».

 

Поскольку фамилия бойца в музейных документах не отмечена, не известна нам и судьба Толи. Однако можно предположить, что Анатолий – Бараш Анатолий Михайлович, ленинградец, офицер связи 202 танковой бригады, председатель Ленинградского бюро ветеранской организации, принимавший самое активное участие в создании нашего музея. 26 апреля 1944 года был подписан приказ о награждении его Орденом Отечественной войны II степени!

 

 

1 фото – первая страница письма Анатолия от 20 апреля 1944 г.

2 фото — памятник — танк ОТ-34 19-го танкового корпуса за номером «201», первым вошедший в Симферополь в апреле 1944 г. Он был установлен на постамент среди братских могил бойцов, павших при освобождении города. Поставлен сразу после боев, в мае 1944 года, сослуживцами погибших.

3 фото — ветераны 19 танкового корпуса у памятника в Симферополе 8 мая 1975 года.

4 фото — приказ о награждении бойцов 19-го танкового корпуса от 26 апреля 1944 г.


Письмо второе.

 

Предлагаем вашему вниманию еще одно фронтовое письмо, написанное командиром 202-ой танковой бригады Михаилом Григорьевичем Фещенко в апреле 1944 г. Оригинал письма, несколько выцветший, хранится в музее СПбТК.

 

Михаил Григорьевич Фещенко родился в 1899 г., участвовал в Гражданской войне, был кадровым военным. В Великую Отечественную войну участвовал в обороне Сталинграда, в освобождении Крыма и позднее – в боях за Прибалтику. К 1944 году имел три ранения, был награжден Орденом Суворова, Орденом «Красного знамени», медалью «За оборону Сталинграда». Весной 1944 года он командовал 202-ой танковой бригадой 19-го танкового корпуса. Находился на фронте со своим старшим сыном Юрием, которому на тот момент было только 17 лет. Его простое, жесткое, правдивое письмо написано жене и младшему сыну Володе 25 апреля 1944 г.

 

«У меня не люди, а орлы!»

 

«(?)5.04. 44. Здравствуйте родные (мои) Леночка и Вавуся.

Родная Лена! Мы с Юрием по прежнему выполняем долг перед родиной. Юрий наш – в боях за Крым показал себя стойким воином, ведет себя в бою как старый солдат, который прошел горнило Отечественной войны. На его счету уже пятнадцать немцев убитых. Эти немцы уже больше никогда не будут топтать землю советского Крыма. Юрий мне говорит – папа, я мщу им за то, что они убили нашего дядю Борю. За твои раны, папа!

Да! (…) в крымских боях я со своими танкистами большой ущерб нанес фашистам, они как гады лазили у моих ног, у гусениц танков, но их беспощадно били мои бойцы. У одного командира вышли патроны, а на него наседает немецкий офицер. То он не растерялся, бросился на кулачки (…) хороший момент (…з)убами, таким путем немец был удушен.

Много интересных моментов жизни было, всего не пересказать, вернемся с Юрием, расскажем то как сын и отец дрались за освобождение советского Крыма. А сейчас вот прочти вырезку с «Правды» за 20 – 4. Это пишут про действия моих орлов. Я их так называю любя – да! У меня не люди, а ОРЛЫ – я уже с ними второй раз хожу по тылам врага. В прошлом году дошел до Турецкого вала, а в этом году до Черного моря. Молодцы ребята, побольше б таких матери рожали б, то тогда давно бы стены Берлина трещали от наших мощных ударов. Но ничего, скоро они затрещат и (ора)вы не найдут места в своих лачугах, мы им покажем кузькину мать, отомстим за (уворованные — ?) детские кроватки,  слеза матерей, за сирот, тех, которые тоскуют по матерям и отцам, за поругание нашей Матери-Родины. Всем им покажем, за то, что они рождают таких человеческих выродков, как Гитлер.

Пиши, родная, целуй Володю, а мы вас целуем с Юрием. Миша».

 

Юрий Михайлович, о котором пишет его командир и отец, родился в 1927 году, в начале войны ему было 14 лет, но к 1944 году он уже воевал под началом отца в истребительной противотанковой артиллерийской батарее 202-го танковой бригады 19 танкового корпуса. За военные действия в Крыму в апреле 1944 г. награжден Орденом Славы III степени.

За бои в Прибалтике в августе 1944 года генерал 19-го танкового корпуса И. Д. Васильев представил Михаила Григорьевича к званию «Герой Советского союза», однако полковник был награжден вторым орденом «Красного знамени» и уже в декабре 1944 Орденом «Отечественной войны I степени»… посмертно. 26 декабря 1944 г. Михаил Фещенко «погиб смертью храбрых» в боях в Пибалтике и похоронен в Елгаве.

 

Фотографии из фондов Музея СПбТК:

 

    

 

1 фото – письмо М. Г. Фещенко от 25 апреля 1944 г.

2 фото – заметка «В горах Крыма» из газеты «Правда» от 20 апреля 1944 г., которую М. Г. Фещенко отправил родным.

3 фото – Награждение за бои в районе Зуя (Крым), май 1944 г. Награды вручает командир 202 танковой бригады, полковник М. Г. Фещенко;

4 фото – Михаил Григорьевич Фещенко с сыном Юрой. Крым, 1944 г.

5 фото – Юрий Михайлович Фещенко, 1980-е гг.

6 фото – ветераны 19-го танкового корпуса на могиле М.Г. Фещенко в Елгаве.